Lai`a Gol - Елена Квашнина

— Но… — он развёл руками. — Боюсь, что дома ничего нет. Я ничего не приготовил.

— В доме есть ты, — усмехнулась Лея, проходя в комнату, — и этого вполне достаточно. А об остальном я уже позаботилась.

Она вынула из рюкзака пару упаковок еды, приобретённой в китайском ресторане, расположенном через улицу, и бутылку сухого белого вина, которую стянула со стола в своей комнате.

— Вот только этого мне и не хватало, — развёл руками Сорел. — Ты что, задумала этот… как его… романтический вечер?

— Романтичнее не бывает, — заверила его Лея. — Напьёмся, устроим дебош… чем не романтика?

— Не дождёшься, — Сорел поднёс к глазам бутылку, изучая этикетку. — Насколько мне известно, у меня только на спирт идиосинкразия, а это так… газировка.

— Значит, дебоша не будет? — Лея подарила ему взгляд, исполненный искреннего сожаления. — А я так рассчитывала немного повеселиться! Ладно, переживу. У нас небольшие проблемы, кстати. Малышка проболталась, да не кому-нибудь, а самой Линке, так что теперь мы официально считаемся женихом и невестой… для начала.

— Тебя это огорчает?

— Не радует, — коротко ответила она, не вдаваясь в излишние подробности о Линкиной реакции на это известие — это всё равно бы ничего не изменило, а Сорел бы лишний раз расстроился.

— Почему?

— Чем меньше обо мне знают, тем меньше, в случае чего, против меня можно использовать, — пояснила Лея. — Поверить не могу, что ты опять улетаешь… такая морока потом привыкать к тебе снова.

— Надеюсь, ты это не всерьёз, — нахмурился Сорел, разливая вино по бокалам. — Тебя послушать, так у землян память не длиннее, чем у альтераанских грязевых червей.

— Конечно, не всерьёз. Ты всё равно бы улетел — не на «Худ», так на Вулкан, какая разница… — Лея залпом выпила вино и перевела дыхание. — Но на Вулкане я хотя бы могла быть рядом.

— Ещё чего, — Сорел вспомнил о том, что ему сказала перед расставанием Аманда и нахмурился. — Ты должна учиться именно здесь, а в Академии Наук ты бы уже через пару месяцев сошла с ума от скуки.

— Если честно, мне не по себе от мысли, что ты вернёшься на «Худ», — она нерешительно положила руку ему на плечо. — Мне кажется, что-то случится.

— Что? — Сорел снисходительно улыбнулся, поправляя ей волосы. — Это просто смешно. Какие-то несколько месяцев…

— Какие-то несколько месяцев… — эхом откликнулась девушка, прижимаясь щекой к его руке. — Да, конечно. Ты прав… Всего лишь несколько месяцев. Извини.

— Я купил для тебя розы, — Сорел взял её за руку и подвёл к окну. — Такие, знаешь, в горшочках; не люблю, когда они умирают. Вот эти мне очень понравились. Не забывай их поливать, пожалуйста.

— Не забуду, — Лея склонилась над декоративными кустиками, вдыхая тонкий аромат, исходящий от бледно-зелёных лепестков. — Думаю, у меня тоже есть для тебя подарок.

Она подняла руки и застегнула у него на шее золотую цепь с Орденом Мечей С'Хариена.

— Больше мне нечего тебе подарить, — серьёзно сказала Лея. — К тому же тебе она гораздо нужнее.

— Почему?

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Мне так кажется. Всяко лучше, чем отдать его на растерзание какой-нибудь высокой комиссии. У него ведь даже в музей попасть шансов нет — узнают ромуланцы, будет скандал… А пылиться в секретных запасниках для такой штуки, по-моему, просто оскорбительно.

— Уж больно награда высока, — усмехнулся Сорел, пряча Орден под мундир, и добавил, помолчав. — Спасибо. Я буду его беречь.

— Ты лучше себя береги.

— Пусть это тебя не беспокоит. Большая часть времени, проведённого мною на «Худе» в качестве начальника службы безопасности, была сплошным занудством.

— Вот если бы мы могли служить на одном корабле! — невпопад произнесла Лея, глядя в окно. — Мечты, мечты… Попасть на «Худ» сразу после окончания Звёздной — это просто нереально.

— Нелогично переживать по поводу того, что ещё не произошло, — мягко упрекнул её Сорел, отставляя свой бокал в сторону. — Будешь учиться лучше всех…

— Кто, я?!

— А я говорю, будешь учиться лучше всех — и получишь хорошее назначение.

— Ага. Например, на «Энтерпрайз».

— Ещё чего! Никаких «Энтерпрайзов»!!!

— Приревновал, да? — в восторге поинтересовалась Лея. — Нет, правда?!

— Неправда! — вспыхнул Сорел. — К кому там ревновать-то? К этому… рыжему, что ли?! Нелогично!

— Ещё как логично! Да ты на него все каникулы смотрел как удав на лабораторную мышь!..

— Никогда не был свидетелем подобного зрелища, так что не могу сказать ничего определённого, — с достоинством парировал Сорел. — И потом, мне, в общем, в этом смысле не о чем беспокоиться…

— В каком таком смысле?

— В самом что ни на есть прямом. В своё время мне довелось выслушать по этому поводу множество мнений, и все они сходились в одном — землянам по этой части до нас очень и очень далеко.

— Ага! — радостно согласилась Лея. — Один раз в семь лет — зато от всей души!

— Ну, за таких, положим, и свои не очень-то замуж пойдут. Это я так, чтобы ты лишний раз убедилась, как тебе со мной повезло.

— Однако! Хочешь, чтобы я пошла и сравнила?!

— Да с кем сравнивать-то? — усмехнулся Сорел.

— И что сравнивать… — развела руками Лея. — Наверное, для тебя это не так важно — ты привык быть один, и какие-то полтора года до моих грёбаных восемнадцати в твоей жизни ничего не изменят, но… иногда мне кажется, что вся эта история с браком — только часть чьей-то чужой игры, и Т'Ра тут вовсе не при чём… От того, что ты всё время держишь меня на расстоянии, создаётся впечатление, что я нахожусь в одном из тех странных снов, где всё только кажется настоящим… и от этого мне делается немного страшно. Если подумать, моя жизнь — только эпизод в твоей. Что ты будешь делать, когда меня не станет?

— Что?! — обомлел Сорел. — Да я о таком даже не думал никогда!!!

— Врёшь, думал… Однажды я сказала тебе, что никогда тебя не оставлю. Это правда. Ты и представить себе не можешь, как я… неважно. И всё-таки когда-нибудь это произойдёт. Ты снова женишься.

— Нет! — ответ вышел даже более резким, чем четырёхлетней давности замечание о том, что он не может являться отцом одной шкодливой девчонки, тайком пробравшейся на «Энтерпрайз».

— Докажи, — прошептала она, глядя ему в глаза. — В конце концов, это ничего не изменит.

— Посмотри на меня, — сказал Сорел, дотрагиваясь до её лица. — Мой мир — это твой мир. И часть тебя навсегда останется во мне, что бы ни произошло. И я никого больше не впущу сюда — пусть даже ценой собственной жизни. Знаешь, я ведь тоже умею делать такие вещи…

— Хорошо, — просто ответила Лея, накрывая его руку своей. — Потому что я ужасно не люблю делиться. Особенно мужчинами.

— Эгоистка, — с укором произнёс Сорел.

— Можно подумать, это стало для тебя сюрпризом. И не говори мне, что я должна возвращаться домой на ночь глядя.

— Я мог бы тебя отвезти…

— Слышать этого не хочу! — хмуро заявила Лея, усаживаясь на его кровати и стаскивая с себя китель. — Если бы не позавчерашний марш-бросок через преисподнюю, я бы вообще не вспомнила, что у тебя, оказывается, есть татуировка, не говоря уже о том, на каком месте она находится!

— Кстати, — тут же заинтересовался Сорел, — ты так и не объяснила мне, что там могло быть написано. И на каком месте.

— «Горячий привет воинам-защитникам города-героя Севастополя!» — вот что там могло быть написано! А уж где — я тебе утром скажу, если напомнишь, как всё остальное выглядит.

— Что ж, если ты ставишь вопрос именно таким образом, — задумался Сорел. — Пожалуй, что напомню.

— Не пора ли расползаться? — деликатно поинтересовалась Тира у присутствующих, приглушая музыку практически до минимума и кивая в сторону давно спящей Микки.

— Я отнесу её в комнату, — Иван подхватил девочку на руки и направился к двери. — Завтра в столовой встретимся.

Сэлв, Т'Ария и Совок ушли ещё полчаса тому назад, оживлённо споря о какой-то там теории поля, и теперь Майк помогал Эван убирать мусор, а Айл мыл посуду в ванной.

Тира сложила на груди руки, привалилась спиной к стене и вздохнула. Хорошо, хоть завтра ещё не на занятия… Эван с Майком, бесшумно ступая по вытертому ковролину, выволокли большой чёрный мешок в коридор, и Тира едва не прыснула со смеху, когда вывернувшийся им навстречу из-за угла Ка'Тори аж присел от ужаса при виде этой картины.

— «Погребение сержанта Полански состоялось ровно в полночь, — тихо прошептал ей на ухо Айл, незаметно покинувший ванную. — Это была скромная, исполненная искренней скорби церемония — присутствовали только самые близкие друзья усопшего и его верные ученики. Особенно запомнились тёплые слова вице-сержанта Ивана Серёгина, высказанные им на родном языке, и которые здесь, по понятной причине, приведены быть не могут. В добровольном порядке сопроводить процессию к месту погребения вызвался делегат от Андоры Ка'Тори…»